Автор: Natasha Novak

Рубрики
Походы Путешествия

Самоизоляция или как мы ходили в поход во время ковида.

Самоизоляция или как мы ходили в поход во время ковида.

Это случилось в те странные, тревожные  времена, когда по миру расползся, как спрут, ковид и все сидели дома. Ходили  в масках только в магазин за продуктами.  Статистика говорит, что из-за  пандемии  многие разводились или впадали в депрессию. Нашей семьи это, к счастью, не коснулось.  Мы нашли интересные места для самоизоляции: весной поездка по Blue ridge parkway во Флориду и летний поход в Колорадо по национальному лесу Arapahoe.

Это была отличная идея!

К походу готовились тщательно: были куплены теплые спальники, новые ботинки Денису, надувной коврик мне, особая походная еда. Денис выверял карты, я составляла список продуктов. А дети решили остаться дома. Это какой то новый этап в жизни нашей семьи; большие дети остались работать и присматривать за хозяйством, а родители уехали активно отдыхать. 

С друзьями из Колорадо мы договаривались зумически. Нужно было понять, как сходить совместно в поход, соблюдая социальную дистанцию и получить от этого удовольствие. Обсудив важные моменты, мы договорились о дне X и месте предполагаемой встречи.

 Было решено ехать на машине, во избежание нежелательных контактов в условиях covida. Как опытные » дальнобойщики», мы уже знаем как лучше скоротать многочасовую езду.

Во- первых, меняться каждые два часа, во-вторых, поставить интересную аудиокнигу, чтобы хватило надолго, в- третьих, останавливаться не слишком часто, делая хорошую разминку. Так было и в этот раз. Скучная и монотонная дорога по Великим равнинам   уже не казалась такой нудной. Там, где раньше паслись стада бизонов, теперь тянутся бескрайние кукурузные поля. Индиана, Айова, Небраска, Вайоминг. Где-то  посередине — полноводная река Миссисипи.  По заведенной моей мамой традиции, в такую дорогу пекутся чебуреки. Проблема с остановкой на ночь была решена неожиданным образом. Денис вспомнил, что заднее сиденье машины складывается и получается вполне себе кровать . На пути следования обнаружились стоянки, прямо среди полей, где можно остановиться и поспать прямо в машине  или поставить рядом палатку.

Для путешествия летом в условиях пандемии это, пожалуй, самый подходящий вариант .  Обсуждая нынешнюю ситуацию, мы с Денисом сошлись во мнении, что поход по горам — самый лучший способ самоизоляции.

Три дня с друзьями

В ожидании друзей мы успели  разбить лагерь и сбегать по короткой тропе к Бобровому водопаду. После грозы воздух был свеж, хорошо пахло мокрой хвоей. Сначала шлось легко, но  потом, даже при небольшом подъеме дыхание стало сбиваться и заболела голова. Это началась акклиматизация нашего организма к горной местности. Бобровый водопад был прекрасен, но в какой то момент мы сбились с тропы, и, немного поплутав, вышли к лагерю лютеранской общины. Из домика вышел дюжий брат-лютеранин и объяснил, куда нам нужно идти, а чуть поодаль из леса вышел лось. Мы  спросили : «Это ваше домашнее животное?» Тут оба ухмыльнулись  в бороду и кивнули.

Ч — овы приехали на следующее утро, в десять, как и договаривались.

Теперь нас стало четверо.  Мы встали на тропу   по направлению к озеру Browns.  Погода, облачная и жаркая  сначала, стала портиться, пошел мелкий дождик. Пришлось достать накидки от дождя.В накидках все стали похожи на одногорбых верблюдов самых жизнерадостных цветов: оранжевый, синий, 

зелёный и жёлтый. Так, под дождиком, пришлось пообедать в районе резервуара Команчи.

После обеда тропа стала круто забирать вверх. С набором высоты у меня опять разболелась голова, видимо организм ещё ещё не привык к разреженному горному воздуху. Похолодало. И в придачу ко всем напастям усилился дождь. Тем не менее медленно, но верно поднимались мы все выше. В какой то момент стали появляться снежники, а погода совсем сошла с ума: началась гроза, посыпался мелкий град с дождем. Я старалась гнать неприятные мысли о том, что в конце тропы, у озера, нельзя будет развести костер, погреться, просушить обувь и штаны. Здесь можно пользоваться только газовыми горелками. Время от времени налетали шквалистые порывы холодного ветра. Крутая тропа стала скользкой. Иногда приходилось идти через снежники, лежащие прямо на нашем пути. Верилось с трудом, что это июль, разгар лета. Но вот тучи стали рассеиваться, ветер успокоился и мы наконец добрались до места нашей стоянки около озера Browns .  Здесь усталые путники  разбили лагерь, приготовили ужин. Снова подумалось: как жаль, что нельзя развести костра, было бы теплее и веселее. А ужин был изысканный — бефстроганов с лапшой и грибами, сухие ржаные хлебцы с паштетом, чай с коньяком, конфетами и орешками.  Честное слово, мы все это заслужили!  Горячая еда настолько всех согрела, что мы отважились искупаться в высокогорном озере с ледяной водой. Искупаться — это значит броситься в воду на несколько секунд и сразу выскочить, энергично растираясь при этом полотенцем. В конце дня мы были вознаграждены роскошным розовым и лиловым закатом, что живописно отражался в озёрной воде.

 

Все, теперь спать, все устали, нужно набраться сил к завтрашнему дню. 

Следующий день был ясным и теплым. Как будто не было ни снега, ни холодного ветра вчера, как будто после ноября сразу наступил  улыбчивый апрель. И тропа, по которой мы шли называлась » Цветочной». Она сполна оправдывала свое название — розовые, жёлтые, фиолетовые и ярко красные цветы окружали нас со всех сторон на фоне сочной зелени.

Из знакомых я увидела медуницу и фиалку, гораздо больше было незнакомых мне цветов. Чистые горные ручьи иногда пересекали тропу и тогда ещё больше казалось что мы вернулись в весну . 

Мы шли по  склону невысокого хребта выше линии леса.  Кругом, куда ни глянь, открывалась чудесная панорама гор.  Этот день разительно отличался от предыдущего: и погода,  и наличие прекрасных видов. А главное — плавный, пологий спуск вниз. Оттого наше путешествие больше походило на приятную прогулку, нежели на поход.

 

К обеду мы пришли к месту, где когда-то давно разбился военный самолёт. Обломки самолёта были разбросаны в радиусе ста метров. Некоторые из экипажа погибли. Жутковатое зрелище. 

К вечеру мы добрались до стоянки у реки(?)

На ужин у нас  в этот раз итальянская кухня — суп миннестроне с банкой тушёнки. Очень наваристый получился супчик. Приятно посидеть и поболтать с друзьями после целого дня  ходьбы. Хорошо засыпать потом под звуки текущих вод. Хорошо.

Наутро выяснилось, что В. сильно стёр ноги.   Как назло,  большую часть пути пришлось идти круто вниз по каменистой дороге. Бедный В. совсем сбил пальцы ног. Мы предложили ему палки для ходьбы, чтобы отчасти перенести вес с ног на руки. Это немного помогло, но ноги все равно были в плачевном состоянии. Темп наш очень замедлился. Утешала мысль, что последняя треть пути  более или менее ровная и несложная. Стали чаще отдыхать. На одном из привалов видели несколько колибри. В какой то момент мы вышли к парковке и после обеда распрощались с Ч — выми. Они поехали домой отдыхать, а нам предстояло одолеть два перевала на следующий день. 

Самый трудный день

Утро в горах восьмого июля выдалось особенно свежим. Изо рта шел пар — градусов пять, не больше. И мы ещё раз порадовались теплым спальникам и горячему кофе. Кофейник в поход — это, конечно, пижонство, но свежая, бодрящая чашка кофе — маленькая радость каждого утра. Утренний холод подстегивал нас; на сборы и завтрак ушло совсем мало времени. А может быть  к этому времени мы уже привыкли к походной рутине. Уже в 7:30 мы были готовы.

За водохранилищем Команчи было решено оставить рюкзаки за камушками, коих было в великом множестве разбросано вокруг,  и сбегать по-быстрому на одноименное озеро. 

Оно оказалось небольшим, круглым, как тарелочка, с кристально чистой водой и живописно заросшими травой берегами. Уже через час мы вернулись к рюкзакам .  Теперь нужно дойти до перекрестка и повернуть налево,  к Бобровой тропе. Она сразу круто повела вверх. Несколько переходов по 50 минут мы набирали высоту. Пока тропа шла лесом, было довольно жарко. Когда же мы перевалили за три тысячи метров, все изменилось. Стало прохладно. Лес кончился, склоны были покрыты кустарником и весенними цветами.

Кое-где, как большие грязноватые перины,  лежали большие участки снега. Некоторые из них были прямо на тропе, приходилось обходить их стороной. Из-за этого мы иногда сбивались с пути. Надо заметить, что  тропа  на высоте выглядит как некоторое, никем не утоптанное пространство, от одного тура до другого. Туры — пирамидки из камней — на фоне таких же камней  или низкого кустарника не всегда видны. В этом случае  сверялись  по навигатору, вертели головой по сторонам, искали ориентиры — и в конце концов находили то, что искали.  Странно, что перевалы здесь не носят названий, это просто точка с обозначением перепада высот. Вид с перевала был великолепный!

Невероятной красоты панорама открывалась со всех сторон.  Создавалось ощущение нереальности происходящего. Но надо двигаться дальше. Тропа ведёт вниз, опять к границе леса. Там мы находим стоянку с черепами животных и очагом, выложенным из  плоских камней. Уже в воображении рисовались картины камлающих шаманов  в трансе с бубнами и плясками. Но эзотерические картинки быстро стёрла одна находка — маленькая крышечка с надписью » Моча лосихи».

Стало ясно( не сразу, конечно), что это стоянка охотников. Тут то  мы снова сбились с пути. Нужно было пересечь быстрый горный ручей, но никакой переправы не было видно. В этом месте события стали развиваться стремительно: мы  успели отдохнуть, пообедать, поругаться, искупать в ручье фотоаппарат и не только, обсохнуть на солнышке, найти тропу и снова помириться. Снова начался подъем наверх. На открытом склоне все время дул ветер.  Он был не то чтобы холодный, но без куртки было бы некомфортно. Кроме того, лицо и руки нужно было время от времени спасать   от жёсткого горного солнца. А природа  здесь, на высоте, вела себя совершенно по-весеннему: таял снег, от него текли многочисленные ручьи, расцветали  неприметные цветочки, насекомые и маленькие пичужки суетились около них. Теперь нужно немного отклониться от маршрута и сбегать налегке, без рюкзаков, к озеру Зеркальному. Это третье озеро в нашем путешествии. Оно действительно похоже на маленькое круглое зеркальце.

Кроме нас в него смотрелся весьма опасный снежный карниз. Казалось, он вот-вот обрушится и разобьёт зеркало вдребезги.

  А дело шло к вечеру и мы порядком устали. Но нужно было взять ещё один перевал. Я пожалела, что мало поела за обедом.  На обед у нас были копчёные колбаски, орехи, сухофрукты, финские корочки и бисквиты-сухарики. Пришлось подкрепиться энергетическим батончиком.Теперь тропа шла по каменистому плоскогорью, поросшему кое-где низкими кустами типа можжевельника. Денис предлагал разбить лагерь на высоте, но у меня начала болеть голова. Наверное акклиматизация не прошла до конца, а может быть сказывалась усталость, хотелось вниз, к лесу. Странные цветы стали попадаться нам на пути. Мы прозвали их «антиподсолнухами». При общем сходстве, они  были меньше размером и отворачивали свои лица от солнца.

В какой то момент мы пересекли линию леса и вышли на явную тропу вниз. Здесь надо сказать, что тропы в лесах Команчи тщательно расчищаются егерями. По обе стороны от тропы такие непроходимые дебри, что не то что палатку поставить — пописать сходить невозможно. А место для стоянки нужно было срочно найти: силы были на исходе, ноги стали деревянными, солнце садилось и Денис  явно начинал нервничать. И вдруг — удача! Около горного ручья обнаружился маленький пятачок для палатки и костра. Площадка, наверно, была расчищена как раз для таких припозднившихся, как мы, путешественников. На ужин —  бефстроганов с картошкой из саморазогревающихся пакетов. Несмотря на усталость, мне было любопытно их опробовать. Заливаешь воду в отдельное отверстие в пакете и ждёшь. Никаких примусов, никаких костров. В пакете начинается химическая реакция с выделением тепла(я думаю, происходит гашение извести). Через 9 минут еда готова. Денис пробурчал, что это все баловство, съел свою порцию в один присест и заявил, что ему не понравилось. Ну, извините, у нас тут не ресторан с мишленовскими звёздами… Спать в этот вечер мы легли удивительно рано, ещё и десяти не было. Отключились мгновенно. Да и кто не заснёт после целого дня пути под  колыбельную горного ручья?

День без приключений

Следующим утром стало ясно, что  пройдено гораздо больше, чем предполагалось ранее. Кто бы мог подумать, что мы такие мощные ребята. Решили действовать по плану Б. Вернулись к машине, переоделись, пополнили запасы еды, выложили мусор, который тащили с собой. Мусором оказались те саморазогревающиеся пакеты, насыщенные водой и оттого тяжёлые. Пожалуй, больше не буду их брать.

Потом мы пошли по другому маршруту. Планировали идти полдня до водопада и оставшееся время отдыхать.

Так и сделали. Место для стоянки было неформальным. Егеря с  нас могли бы содрать штраф. Но мы на свой страх и риск разбили лагерь там, потому, что соблазн был велик, уж очень красивое место. 

Самый красивый день

Надо напомнить, что еще накануне мы встали у водопада, а потом полдня предавались лени и прочим медитациям. Спать легли рано и, убаюканные шумом бегущей воды, быстро заснули. Было решено встать в 5:30 утра и пойти встречать рассвет . Местечко присмотрели ещё накануне — большая каменная нерукотворная платформа . Это удивительно — найти среди непроходимого леса такое удобное открытое пространство.  Встали необыкновенно рано, ведь в начале июля солнце  не спит долго.  Только неисправимые романтики способны на такой подвиг. Было уже достаточно светло,  крутая  тропа хорошо просматривалась в предрассветных сумерках.  Денис взял с собой примус и кофеварку, чтобы встречать новый день горячим кофе.

Розовая полоса на горизонте разгоралась и ширилась. Менялись оттенки, добавился густой оранжевый и красный . И вот над горизонтом показался край солнца. Хотелось, чтобы Денис остановился и перестал разрываться между фотоаппаратом и кофеваркой, просто бы стоял и  смотрел. Но с другой стороны было ясно, что кто то же должен запечатлеть всю эту красоту.  Неторопливо  выкатывалось из-за гор солнце. Вершины были уже залиты розовым светом, но подножия  оставались еще темными, укрытыми туманом.

Мы стояли с кру’жками горячего кофе в руках и встречали рассвет. Оранжевый свет перетёк в желтый, желтый рассеялся и побледнел. Так начался новый день. 

Мы спустились обратно к стоянке у водопада, позавтракали, уложили и спрятали за камнями рюкзаки. Теперь снова вверх. Всего одну милю пришлось идти, но что это была за миля! Тропа стала чрезвычайно замысловатой: приходилось пролезать между большими камнями, перебираться через камни, обходить камни стороной.  На тропе выставлены туры, чтобы не заблудиться  в каменных развалах, не потерять тропу. А над головой уже сияло синее небо и уцелевшие в июльской жаре снежные шапки. Скоро снежники стали попадаться у наших ног. Дыхание участилось, чувствовалась высота. Хорошо, что за неделю мы успели привыкнуть и подъем не казался таким трудным. Удивительно, как с набором высоты, природа приобретает все более весенний вид: свежая, зелёная трава, одуванчики и медуница, ледяные ручьи, вытекающие из под снежников. Это большое везение — видеть, как рождается горный ручей.  Там, куда мы шли, образовалась между гор чаша. В нее стекали все растаявшие снега с окрестных вершин — и получилось идеально круглое озеро.

Наверное за это совершенство формы его и назвали Cirque lake. Только вместо арены кристально чистая вода. А мы, к счастью, были единственными зрителями в этом цирке. Чуть дальше, за развалами больших камней, обнаружилось ещё одно озеро — Emmaline. Оно не имело такой идеальной формы, как первое, но было по-своему живописно. Зубчатые  вершины близких гор, похожих на  башни замка,  отражались в нем.

Большие валуны живописно лежали по берегам, покрытым яркими альпийскими цветочками. С другой стороны озера открывался изумительный по красоте вид .  Плавные линии и оттенки синего: голубое небо, синеющие горы,  дымчатые дали. Далеко внизу, в долине, можно было увидеть маленькие домики с красными крышами, наверняка чьи- нибудь лесные дачи. Подумалось — в одном из таких я бы хотела жить.

Это здорово — встать пораньше, встретить рассвет и подняться самыми первыми к горным озёрам! Мы уже спускались вниз, когда увидели, как группы туристов, одна за другой поднимаются туда, где мы только что побывали наедине с природой. И как хорошо, что никого, кроме нас там не было. 

    Наверное, когда-нибудь в будущем, я уеду жить в такое место, где есть горы. Наши друзья, что переехали недавно в Колорадо, зовут, и уже присмотрели дом по соседству. Но для  этого ещё не настало время.

Рубрики
Жизнь

Lac la belle

Зимний этюд

Метёт, беснуется январская пурга. 
И лес, и озеро — в холодной, мглистой дымке.
И мечутся  колючие снежинки,
Ложатся  в белопенные  снега.

А я смотрю на зиму из окна,
Ладони согревая чашкой чая…
Там гнутся сосны, ветками  качая,
И тропка к озеру давно заметена. 

Снег сыплет манной крупкой без конца. 
В сугробах елям так уютно спится.                                
Не спит лишь любопытная лисица,  
И след свой оставляет у крыльца.

Приходят сумерки и голубеет лес,
Укутан снегом, убаюкан воем вьюги.
Как странно, под крещендо зимней фуги
Заснул он  и во тьме совсем исчез.

Метёт, беснуется январская пурга. И лес, и озеро — все теряется в белой дымке мелкого снега. Мелкие колючие снежинки похожи на рой рассерженных пчел —  стремительно подлетают и  так и норовят ужалить тебя в лицо. Уж мы то это точно знаем, потому что три с половиной часа откатались на горных лыжах на горе Богемия. На дворе -18°, снег и сильный ветер. Одежда заиндевела, замёрзли руки и ноги. Тем приятней было вернуться в домик у озера, отогреться под пледом, выпить горячего чая. Уже объявлен на завтра зимний шторм и даже отменены занятия в университете, где учится сын. А это случается нечасто. Я смотрю в большое окно, пью чай и вспоминаю наши предыдущие визиты в эти края.

Историческое

Мы опять здесь, около  прекрасного озера Lac la belle. Кроме английских, здесь много французских названий,  данных ещё в те  давние времена, когда французы и англичане наперегонки осваивали новые земли. И долгое время они были глухими, непроходимыми дебрями, пока не пришел капитализм. Через пару столетий, после первого освоения территорий, во времена промышленной революции, появились и финские названия. Для разработок месторождений меди, обнаруженных в этих местах, срочно нужны были рабочие руки. В рамках этого грандиозного проекта приехали переселенцы из Северной Европы рубить лес, строить заводы и работать в медных шахтах. В городке Хэнкок имеется  центр финского наследия и даже был маленький, но гордый университет “ Финляндия”, который функционировал более ста лет, пока его не подкосил ковид. Да, были времена, когда здесь жизнь кипела: строились рабочие посёлки, школы, прокладывались железные дороги,  плавили медь. А к середине двадцатого века она кончилась. И все. Вспоминается город — призрак Файетт, который мы посещали летом, как часть нашей поездки вокруг озера Мичиган.

Там была своя заводская, хорошо отлаженная инфраструктура. Когда  же выбрали всю руду, промышленность пришла в упадок. И так повсюду на верхнем полуострове. Ещё некоторые шахты можно было подремонтировать и сделать музеем, но многие так и стоят как ископаемые, облезлые и полуразрушенные, огороженные глухими заборами и дремучими лесами.

Первое знакомство

Наше семейство приехало сюда лет тринадцать назад на новенькой Subaru  отметить новый год, покататься на лыжах а заодно испытать на прочность нашу машину. Помню, снег, конечно, уже лежал, но было тепло и мы тут же налепили с детьми небольшую толпу жизнерадостных снеговиков.

Из-за  небольшого плюса горнолыжный склон ещё не функционировал и все наше семейство бодро каталось на беговых лыжах. Как оказалось позже, это было удачей, потому что на горе Богемия в принципе нет склонов для новичков. Мы едва ли осталось бы в живых после первого же спуска.

Тридцать первого декабря было решено поехать на водопады. Погода по-прежнему стояла не очень  холодная и снега не то, чтобы очень много, но  его оказалось достаточно, чтобы машина на грунтовке застряла в кювете. И мы потратили много сил, чтобы освободить машину из плена; и даже вызвали было буксировщик, но отменили, потому что справились сами. Пока мы с Денисом раскачивали и откапывали машину, дети катались на лыжах, а собака радостно бегала от от одного к другому, благо кроме нас по этой дороге никто не отважился поехать. Хорошо, что была еда и горячий чай в термосе.

Уставшие дети и собака могли подкрепиться и согреться в машине. Уже в сумерках мы вернулись в домик у озера и организовали праздничный обед, а потом смотрели семейный новогодний фильм и играли в Scrabble.

Нам предстояло уехать очень рано, потому что прогноз погоды обещал  буран с пяти утра. Вещи были заранее уложены, оставалось только запрыгнуть в машину и срочно удирать от снежного шторма. В шесть утра снег сыпал  изо всех сил, но дороги, к счастью, уже расчищены. Помню, мы с Денисом тогда шутили, что в России этот номер рано утром, первого января, не прошел бы. 

Почему мы возвращаемся?

В тот раз  все же удалось благополучно удрать от непогоды. Когда, много лет спустя, мы снова собрались зимой на север штата Мичиган, погода не захотела с нами кооперироваться. Несмотря на то, что зима 2024 года была очень мягкой, нас угораздило отправиться туда в тот единственный сильный снегопад, который случился за всю зиму. Вместо девяти мы ехали двенадцать часов и очень устали тогда. Но об этом уже есть отдельная история.

Отчего мы зачастили “на севера”? Дело в том, что Сёма учится там в политехническом университете. В  середине января у сына день рождения и мы в какой-то момент решили, что было бы здорово отметить его по-семейному, в заодно увидеть качественную, снежную зиму. 

В январе  2025, кроме дня рождения и катания на лыжах, особенно ярко запомнился последний день. Сначала был очень холодный, ясный рассвет над озером Верхним. Мы завтракали в кафетерии отеля Мариотт и смотрели как нехотя поднимается оранжевое солнце, бликуя на ледяных торосах, и  даже выскочили на мороз, чтобы запечатлеть эту неземную красоту.

 В то утро было -30°, но мы ,тем не менее, заехали на пустынный пляж озера Верхнего. Большая вода исходила паром, остывая в холодном воздухе, пульсировала мелкими волнами, смешанными со льдинками. В свете утреннего солнца все это выглядело почти нереально!  

Затем мы заехали в ледяные пещеры близ местечка Эбен.  Летом, наверное, это просто неприметный ручеёк, который стекает с каменного карниза. Но зимой здесь появляются огромные сосульки, которые, замерзая и смыкаясь сверху и снизу, образуют фантастические ледяные стены зеленовато-желтого оттенка. Ходить в этих чертогах снежной королевы нужно осторожно, кругом лёд! Хорошо, что у нас были с собой “кошки”. 

Через полчаса после прогулки по пещерам, когда мы уже ехали дальше в сторону дома, погода вдруг резко испортилась. Небо заволокло, снежный заряд высыпался, как будто зима решила взять нас в плен. Чистая прежде дорога сразу стала белой и видимость скатилась до нуля.  Пришлось сбросить скорость и пробираться наобум. Неожиданно пурга прекратилась — и вот опять хорошая дорога. Такие снежные диверсии преследовали нас на пути ещё два-три раза. И снова приходилось  резко снижать скорость, потому что  было не видно ни зги.

Когда мы проезжали вдоль северного берега озера Мичиган, я заметила то, что предполагала увидеть в этих краях и попросила Дениса остановиться.

Это какое-то  особенное свойство воды. В других Великих озёрах вода как вода, а в Мичигане необыкновенная!  При замерзании она приобретает ярко голубой оттенок. Мы прошли от заснеженного берега вглубь озера метров на десять. Там громоздились прозрачно — голубые  глыбы льда.  Было бы солнце, наверное они сверкали бы, как сапфиры! Но погода опять начала портиться и пришлось вернуться в машину.

Вскоре мы пересекли  по мосту пролив между озерами Мичиган и Гурон. Утомленные впечатлениями и погодными условиями, мы решили сделать краткий перерыв. Уже за мостом заехали в маленький ресторанчик, съели по гамбургеру и уже без приключений добрались домой. 

Озёрный эффект 

В этом году зима пришла на удивление рано. Уже в конце ноября выпал снег и недели на три установился холод. И если на юге штата  ещё случались оттепели, то на севере ничего не растаяло. К нашему приезду насыпало таких пышных снегов, что леса и маленькие поселения были покрыты полутораметровыми сугробами. Ножки в дорожных знаков в городке Калумет оказывались полностью погребенными под снегом. Обочины от расчищенного с дорог снега высились, как белые тоннели. Почтовые ящики, поскольку они тоже стоят у дороги, оказывались замурованными в толще снега и их приходилось расчищать.

 Изрядное количество снега выпадает здесь из-за так называемого озёрного эффекта. Большая поверхность воды не замерзает полностью зимой, но, остывая при низких температурах, испаряется, и кристаллизируясь, превращается в снежинки. 

Благодаря озерному эффекту  каким интересным оказалось катание на горных лыжах!  Я уже писала как-то о термине “пудра” относительно зимних видов спорта. Напомню — это когда катаешься по свежим сугробам. В этот раз я, наконец, поняла, как  правильно управлять своим телом и ногами в условиях погружения по пояс в пышные снега. Не нужно  опасаться необычной кондиции поверхности, ещё лучше пружинить ногами и закладывать не очень большие виражи. Казалось бы, делаешь все то же самое, но разница есть и какой же это кайф! Ты, как бы, пребываешь в мягкой перине, но при этом двигаешься. Двигаешься тоже мягко и плавно. Свежий снег, конечно, скрадывает скорость и не дай бог упасть в эти сугробы: выкарабкиваться из них будет довольно сложно, помню это по предыдущему разу. Но все равно катание по свежему снегу — это как изысканное блюдо для гурманов — хочется пробовать и смаковать.

Кивино — это полуостров на полуострове и, как это ни парадоксально звучит, достаточно далеко от морей и океанов. Если посмотреть на детальную карту, можно увидеть, что это самая северная  неостровная часть штата Мичиган, этакий “мизинчик”, глубоко вдающийся в озеро Верхнее. Естественно, озёрный эффект здесь работает лучше всего. Лес, такой волшебный, стоит весь убеленный снегами. Какая красота! Иду на снегоступах и любуюсь каждым поворотом тропы. Иногда приходится пригибаться, проходя под отяжелевшими лапами елей. Бывает, ветви не выдерживают тяжести и целый сугроб скатывается тебе на спину, только успевай уворачиваться. Наконец  погода солнечная и голубые тени расчертили все пространство между деревьями длинными волнистыми полосами. Это просто сказка!

Рубрики
Путешествия

Попутчики

По тропе Салкантай шло большое количество народа: организованные группы, небольшие компании, пары, вроде нас, и одиночки.

Переночевав в туристических лагерях, вся эта орава двинула на перевал. 

Большие группы шли не слишком быстро, растягиваясь в пространстве и собираясь на точках ожидания.

Тем виднее были отдельно идущие личности. Молли и Джеймс, те ребята, с кем мы вышли вместе на тропу, угнали далеко вперёд. Им хорошо, акклиматизация у них давно прошла, ведь четыре месяца уже болтаются по Южной Америке. А вот меня все ещё донимает головная боль. И я тащусь вверх, на перевал, еле-еле. Время от времени мы видим “ расписного” —  молодого парня, покрытого татуировками с головы до ног. Он идёт с двумя попутчиками, которые потом откололись. Отчего-то с ним мы пересекались чаще, чем с другими. Мы даже стали шутить друг с другом.

  • Эй, я видела тебя в Сорайяпампе!
  • А вот и вы опять!
  • Увидимся вскоре!
  • Я знала, что увижу тебя здесь!
  • Ещё, немного, ребята, встретимся внизу!

 Была компания молодых немцев из Шварцвальда. На тропе мы их не видели, зато сидели и болтали за одним столом под перевалом Салкантай, а затем ночевали на одной и той же кофейной ферме. С Лукасом и его спутницами мы собирали кофе, а потом, посмотрев на этапы приготовления кофе, жарили его и пили все вместе.

Молли и Джеймс, кстати, тоже составили нам компанию. 

В том же лагере, в Сорайяпампе, за ужином мы пытались поддерживать разговор и с соседями  справа. Это была немолодая чета из Мадрида. Муж по-английски не говорил совсем, жена немного говорила. В нашем случае Денис немного знал испанский, а я могла вставить только английское словечко. Из-за языкового барьера и недостатка слов, разговор постоянно затухал. Но потом пришел их сын, подросток лет восемнадцати, с хорошим английским и сразу дело наладилось.  На следующее утро, после взятия перевала, мы встретили их опять на пути и мило обменивались впечатлениями о вчерашнем дне. А потом дорожки наши разошлись и больше мы не виделись. 

Каково же было удивление Молли и Джеймса, когда они увидели нас впереди в тот же день, когда все шли через перевал. 

  • Ну вы быстрые, ребята, — сказали они. 

До сих пор и нам и им было по пути, но в этот раз они ночевали в другом кемпинге. Зато через день мы снова встретились в домике для туристов, что на кофейной ферме.

Все эти люди, как и мы, шли в Мачу-Пикчу пешком и вероятность встретить их была достаточно высока.

С Молли и Джеймсом мы опять оказались в одном отеле. Просто удивительно, как совпали наши планы! 

Вечером, гуляя по городку Мачу-Пикчу, мы встретили их, за кружкой пива, в компании кого бы вы думали? “ Расписного”! Была с ним девушка, которую мы тоже видели на перевале, но не знали, идёт ли она с кем-нибудь или сама по себе. Потом мы узнали, что она в пути уже два года, а “Расписной” уж не меньше. Эти ребята, наверное, легки на подъем: нашли попутчика, пошли с ним дальше, не понравилось — расстались.

“Уходишь — счастливо!

Приходишь — привет!”

А вообще, оказывается, много таких, которые все время находятся в пути, потому, что молоды, здоровы и не обременены. 

Говорят, поколение зумеров склонно к аскетизму и эскапизму. Заработали, накопили сколько-нибудь деньжат и снова всё уходит на очередное путешествие.

 Мы с Денисом, все же, несколько выделялись из общего фона. Постарше. С другой стороны, приятно было отметить, что находимся в хорошей физической форме. А желание уйти в дальние дали, в горы, в леса, на острова, вообще является основополагающим фактором нашей семьи.

Назад к содержанию

Рубрики
Путешествия

Саксайуаман

Никто до сих пор не знает, был ли ли это город, или может быть святилище, а может быть военное укрепление — у инков не было письменности.

Изначально место носило солнечное название, но его поменяли, когда в освободительном сражении с испанцами там погибли сотни туземцев. После этого место стало называться Саксайуаман: “Насыщение кондоров”.  Сохранились описания испанцев, которые не слишком интересовались традициями порабощенных аборигенов. Но именно эти записи позволили воспроизвести некоторые архитектурные элементы этого места. Как раз в архитектуре инки были особенно сильны.

Чего стоит эта знаменитая полигональная кладка, когда огромные глыбы обтесывались ровно, что между двумя таким невозможно было просунуть иглу! 

После того, как мы вернулись в Куско из путешествия по тропе Салкантай до Мачу Пикчу, было решено прогуляться пешком из отеля до Саксайуамана.  Мы ведь  недостаточно гуляли в последнее время.

Не в наших привычках нанимать гида, а тут решили. Верней он сам напросился. Здесь так принято. Но мы не пожалели. Это оказался антрополог на пенсии с хорошим английским. Он с большой убедительностью рассказывал о гениальности архитектора, спроектировавшего Саксайуаман.

Во- первых, сначала была построена модель не просто строений, но каждого камня в кладке. Во-вторых, городище( наверно это правильное сравнение) должно было быть построено в виде пумы — одного из священных животных инков. Если смотреть с высоты, можно увидеть голову пумы: глаза, нос, острые зубы. В-третьих, каждый камень камень был вытесан с учётом землетрясений. В-четвертых, как это было принято, выстроены трассы для сельскохозяйственной зоны. И ещё много тонкостей и деталей:  гигантские пандусы для скатывания обтесанных глыб из каменоломен, акведук, дренаж и канализация, жилые постройки, инкрустация золотом. Было очень много красивых и грамотных решений.

Но после прихода испанцев многое было разрушено и из камней храмов инков были построены католические храмы. 

Напоследок наш гид рассказал нам о священных камнях, которые накапливают энергию и передают их людям. Как люди, имеющие большую энергию могут делиться ею и даже лечить. Как в определенное время года, в сентябре, эти люди уходят в горы для целительных процедур.

И я спросила гида:

  •  Вы правда верите в энергию священных камней?
  • Да!
  • Тогда как же вы, перуанцы, будучи католиками, верите в эти языческие обряды?
  • Католицизм у нас как оболочка, просто формальность, но древние обычаи и верования живут глубоко в сердце.

Я вспомнила тогда цветы на священном озере Хьюмантай и поняла, что это все те же перуанцы, древняя кровь которых не даёт забыть обычаи предков.

Назад к содержанию

Рубрики
Путешествия

Шествия и музыка.

Ни в одной другой стране мы не видели столько шествий за два дня.

Сначала был какой-то протест. Люди с красными флагами, на которых Чегевара в берете, скандировали и требовали, и натужно гудели в раковину, обходя главную площадь по периметру.

Не знаю, чего хотели они, а я хотела, чтобы они немедленно прекратили это безобразие, потому, что дико болела голова. В итоге мы затаились в каком-то кафе, но их все равно было слышно.

Потом, под вечер было второе шествие, на этот раз религиозное.

Чествовали святого Франциска Ассизского. Студенты католического колледжа дудели в трубы, били в барабаны, несли иконы и фигуру святого в полный рост. Святой Франциск источал аскезу и благость, а за ним и за оркестром весело топала мелкая ребятня  с фонариками в виде игрушек: машинки, динозавры, зверюшки.

Вот так то воспитывают в детях религиозный дух: кому не хочется пройтись с фонариком! Вот и святой Франциск ассоциируется у них с чем то приятным и весёлым. Дальше — отдадут тебя в школьный оркестр, чтобы играл религиозные гимны, хоругвь дадут в руки, если нет слуха и так далее. В итоге Перу остаётся глубоко религиозной страной.

Отходя в сторону, хочу сказать, что к Франциску Ассизкому у меня  с некоторых времён особенно теплое отношение. Наши осенние путешествия уже стали традицией, а его день рожденья празднуется как раз в начале октября. Святой Франциск стал как бы  спутником в наших странствиях. И мы, ни разу не католики, отмечаем его незримое присутствие рядом с нами в разных странах. Иногда я ловлю себя на том, что я мысленно разговариваю с ним, проходя мимо соборов и монастырей, построенных в его честь. В Австрии, в Перу, в Италии…“ Привет, святой Франциск! Мы и здесь тебя нашли. Ну как ты? С днём рождения! Увидимся!” Не осеняем себя крестами, не возносим молитв, просто видим в нем старого знакомого, с которым ещё встретимся в пути. 

На следующий день несли какие-то мощи в стеклянном саркофаге. С музыкой, понятное дело.

Даже на тропе Салкантай, проходя мимо маленького поселка, мы увидели репетицию школьного оркестра и будущего шествия. Такие они, перуанцы, хлебом не корми, дай пройтись с помпой.

Сегодня утром валялась в номере по причине нездоровья — с улицы неслись звуки духового оркестра. “Вот неймётся им,” подумалось мне. Оказалось, неймётся, ещё как. Когда во второй половине дня мы отправились на  возвышение Саксауман, оттуда тоже доносились звуки труб и барабанов. 

Перуанцы — веселые люди. Отовсюду доносится музыка: из любого магазина, из любого кафе, из любой подворотни. Из  такси, которое везёт нас в гостиницу, из микроавтобуса, что везёт нас к тропе, из собора, где идёт утренняя служба. Музыка несется из школы, где школьный оркестр репетирует концерт, от стройки, где  отбойный молоток гремит громче, чем музыка. В центре города, где  инфраструктура расположена особенно тесно, все это сливается во всеобщее ликование и голова идёт кругом. Музыка доносится сейчас, в десять вечера, когда, по идее, хочется уже уснуть, а у них все веселье.

Музыка — это хорошо, но я не привыкла к ней в таком количестве. И мы убегаем в горы.

В горах стало ясно, что от избытка музыки можно спрятаться только если ты один на тропе. Если же параллельно с тобой идёт организованная группа, то непременно из телефонов шерпов будет литься темпераментная музыка.  В начале тропы Салкантай спрятаться от музыки было невозможно, потому что на перевал шли толпы и толпы народа. Исключением из этого музыкального насилия стал один паренёк из местных инструкторов, который не только легко и непринужденно шёл вверх, на перевал, но и подыгрывал себе на зампонье — инструменте из бамбуковых трубочек разной высоты. Мне даже показалось, что с такой музыкальной поддержкой идти стало легче. 

Назад к содержанию

Рубрики
Походы Путешествия

Через перевал в тропики

Сейчас девять утра и тропический ливень в Куиллабамбе. Окна открыты и я слышала сквозь сон, как полночи лил сильный дождь и  где-то громыхал гром. На этот раз погода не захотела кооперироваться с нашими планами, поэтому приходится сидеть в номере гостиницы и ждать когда закончится ливень. 

Накануне мы приехали в этот  тропический город через живописный перевал Абра Малага.

Климатические зоны промелькнули перед лобовым стеклом машины, как в кино. Если в Оянтатамбе было + 15 на момент отъезда, то на самой высокой точке перевала только +6. А когда по крутым серпантинам мы спустились вниз, по другую сторону гор, там оказалось +34. 

Кроме непривычной для нас осенней (или весенней, если учитывать, что в Перу весна) температуры, ничего выдающегося в городе Куиллабамба мы не нашли, хотя он достаточно большой и жизнь в нем кипит. Кипеж, в основном, вызывают маленькие машинки Тук-тук. 

Они, хоть и медленные, но при этом очень  суетливые: снуют под носом, неожиданно меняют полосу, так и ожидаешь от них какого-нибудь подвоха.

Мы нашли  в Куиллабамбе только парочку симпатичных скверов, утопающих в тропических цветах, и ничего более.

Двери  всяческих заведений везде раскрыты нараспашку, будь то стоматологический кабинет, ресторанчик, магазин, банк, больница, парикмахерская или аптека. Кондиционеров, понятно, нет.

Тогда почему мы здесь? Это место стоит в стороне от маршрутов экскурсионных автобусов. Все дело в том, что в окрестностях находится много красивых водопадов в обрамлении пышной тропической растительности.

Наверное скоро большие туристические автобусы доберутся и сюда, потому, что когда мы приехали к водопаду, обнаружили, что проводятся активные работы по благоустройству тропы. Уже вымощен плитняком участок пути,  возведены обзорные площадки и павильоны для отдыха. На будущей парковке лежат горы щебенки. Группа строителей таскает на своем горбу мешки с цементом вверх. 

Нам повезло, когда мы поднялись к водопаду, других посетителей не было, только строители, да и те быстро ушли за новой партией цемента. Для купания в водопаде были взяты  соответствующие принадлежности, но они не пригодились. Струи воды оказались настолько мощными, что мы сразу приняли душ из мелких брызг и немедленно промокли с головы до ног. Ещё со стороны было видно, насколько огромен этот водопад!

Часть его скрывала пышная зелень, но три больших уступа с бурно текущими водами были явно видны у подножия горы, со стороны цитрусовой фермы. Долго находиться близ водопада было совершенно невозможно и мы, мокрые насквозь, повернули обратно.

Если утром был дождь, то ближе к полудню стало проясняться и наша одежда почти высохла ещё до того, как мы вернулись к машине.

Поскольку на обратном пути распогодилось, появилась возможность увидеть ещё один водопад. Мы не заметили его раньше оттого, что все вокруг было затянуто облаками и туманами и находился он в некотором отдалении. К тому же мы сконцентрировались на непростом процессе езды по местным дорогам, которые сначала были ещё ничего, а потом превратились в сплошные ямы и колдобины с лужами вперемежку. 

Такого огромного водопада я ещё никогда не видела!

Похоже источник бил с самой вершины горы. Разбиваясь о скалы, вода падала с немыслимой высоты, пробивая себе путь сквозь джунгли к реке Урубамбе. Четко мы могли видеть лишь нижнюю часть водопада, а все, что было вверху, терялось в голубой дымке. 

 Следующим пунктом нашего путешествия должен был стать ресторан, где вкусно готовят рыбу. Гугл уверял нас, что он открыт.

Но мы то ведь уже тёртые калачи и знаем, что это не может быть абсолютно точной информацией. У ресторана не было никаких признаков жизни, и только две собаки облаяли нас, голодных. Поехали дальше. И, совсем недалеко, на берегу все той же Урубамбы, мы нашли прелестное местечко, райский уголок, где нам обещали жареную рыбу пако с гарниром из местных овощей. В этом чудесном садике  никого не было, только лениво подметала пол девочка-подросток. Увидев нас, она позвала мать. Вероятно, когда туристический сезон уходит на спад, ресторанчики тоже перестают функционировать.  Но нас все же согласились накормить. В ожидании обеда мы развлекались тем, что пытались сфотографировать большую бабочку. Каждое ее крылышко было с мою ладонь величиной, ярко голубого цвета с перламутровым отливом. А она, непоседа, все вилась около пальмы и ни за что не хотела присесть. 

За скромную цену мы роскошно пообедали в придорожном ресторане и остались очень довольны. На гарнир к рыбе нам подали жареный плантейн и местную сладковатую картошку.

Там же мы первый раз попробовали чичу — популярный в Перу напиток из фиолетовой кукурузы. В нем небольшое, как в квасе, количество алкоголя и приятный, чуть сладковатый вкус.

Потом был ещё один водопад, маленький и благоустроенный. 

Этакая тропическая зона отдыха: тут тебе и бугенвиллия над струёй, и гамачки в зарослях бамбука, и прохладительные напитки,  и скамеечки под сенью эвкалиптов. Ну, мы, конечно, не отказали себе в удовольствии, посидели и полежали под сенью дерев, сняли несколько фото и поехали в отель.

Этот отель — он как маленький островок привычной нам жизни. Чистый номер, хороший сервис, приглушенная музыка, садик с бассейном.  А вокруг совершенно другая жизнь. Здесь особенно остро чувствуется, что Перу — страна третьего мира. На первом этаже  почти каждого дома много маленьких тесных, магазинчиков с ширпотребом, тесно лежащим на полках и на полу. Громкая латино-американская музыка вырывается из каждого  подобного заведения. И если ритм ещё как-то синхронизируется, то из мелодий и слов получается сущая какофония. Шум большого города растворяется в выхлопных газах старых автомобилей. Но люди и собаки дружелюбны.

Утром, после завтрака, мы собрались и поехали в обратный путь, снова через перевал Абра Малага.

 Снова виражи и повороты, роскошные виды. Еде уже более уверенно, ибо знаем, чего ожидать. На самой высокой точке замечаем приземистое кафе и останавливаемся, чтобы выпить по чашечке кофе. 

Кофе оказался отличным! И мы задержались в этом месте даже чуть дольше, чем хотели, устроив фотосессию в шляпах и пончо. Наверное  многие путники благодарны  владельцу кафе за это гостеприимное пристанище на холодном и ветреном перевале.

Назад к содержанию

Рубрики
Походы Путешествия

День четвертый

Когда Денис писал про длинный день, он ещё не знал, что тот день был не самым длинным. Самым длинным стал последний день. Сейчас объясню свою версию, почему так произошло.  Накануне мы шли по живописному участку тропы Салкантай с великолепными пейзажами,  с дикой земляникой и пасторальными лужайками близ тропических ферм. На фермах продавались напитки из свежевыжатых фруктов. Как отказаться! Ну, выпили мы по стаканчику сока апельсинового и мангового. Купили сочный фрукт манго и авокадо. И все было хорошо до самого вечера, но потом у меня поднялась температура, желудок взбрыкнул и перестал вести себя адекватно.

На следующее утро стало только хуже, а ведь надо идти. Пришлось запихнуть в себя часть завтрака с парочкой таблеток и в очередной раз проявить силу воли. Распростившись с гостеприимным хозяином Фредди, мы выдвинулись в путь. Вскоре наша тропа слилась с другой — тропой Инков. Утром она была особенно многолюдной, потому что все, примерно к семи ( а некоторые и раньше), уже встали, позавтракали и собрали вещи. Со временем группы и отдельно взятые туристы рассеялись в пространстве. Но до этого мы долго шли в одном темпе с молодыми людьми из Германии. Их темп меня подзадоривал и я потела, но не сбавляла шаг. Гид-перуанец меня даже похвалил — мол, хорошо идёшь. На одной поляне мы разминулись и как-то вдруг сразу кончились все силы. Хорошего в этом было только то, что подъём на перевал тоже закончился. Потом был долгий- долгий путь вниз, потому что я едва влачила ноги и постоянно останавливалась отдохнуть и выпить воды. Около гидроэлектростанции тропа повернула к железной дороге. Сначала подумалось: “Как это неумно предложить идти туристам вдоль железной дороги!” Но  она оказалась необыкновенно красивой, вся в зарослях геликонии по обочинам и священной рекой Урубамбой с правой стороны.

Когда на отмели реки был устроен перекус, вдруг обнаружилось, что  на другом берегу видны развалины древних стен. Вооружившись биноклем,  мы долго рассматривали старинное сооружение. Вероятно, это было частью археологического заповедника Мачу Пикчу, недоступное туристам. 

Пока мы шли, временами налетал дождь, потом вдруг прояснилось, как ни в чем не бывало и стало жарко, воздух наполнился запахом неведомых трав.

Последнюю часть пути мы шли вдоль дороги, по которой сновали экскурсионные автобусы, развозя огромное количество туристов в Мачу Пикчу. Никаких тротуаров  или, хотя бы, отдельных тропинок там, естественно, не было. И снова подумалось о том, как хорошо было бы сделать более комфортный путь для пеших туристов. Это хоть и узкая долина, ограниченная рекой и отвесными скалами, но путнику много ли надо. А идти вдоль путей, постоянно их пересекая по разным причинам, небезопасно, как и узкая грунтовка без обочин.

К концу пути я так устала, что переставляла ноги как автомат. Нет ничего хуже, чем быть в некондиции во время долгого пути! А главное, обычный транспорт там не ходит, только поезда по расписанию и экскурсионные автобусы, которым путников подбирать не велено.

— Мне надо немного отдохнуть,-

сказала я, когда мы вселились в номер гостиницы, легла на кровать и погрузилась в блаженное ничегонеделание.

Только потом, часа через два, у меня появились силы, для принятия душа. Но идти в ресторан, чтобы отметить конец пути, их было всё ещё недостаточно. А Денис, хоть и сетовал на долгий путь и говорил, что устал, сбегал за пиццей, организовал чай и жизнь стала налаживаться. 

Что мы делали после ужина? Отдыхали, отдыхали и, наконец, заснули. Так нужно было усталому организму.

Назад к содержанию

Рубрики
Походы Путешествия

День первый


Мы в Перу.

Здесь сейчас весна, а это значит, что сезон дождей скоро начнется. Уже ежедневно набегают маленькие дождики. Но мы благополучно избегаем их. Вот и сейчас льёт дождь. А мы под крышей маленького домика для туристов, идущих по тропе Салкантай.

К счастью, сегодняшний маршрут был пройден на два часа раньше, чем говорила нам карта, иначе быть бы нам мокрыми. Дождь уже пугал  туристов сегодня, пришлось достать дождевики, но потом он передумал и  дал на время выйти солнцу.

Тропа Салкантай ведёт к Мачу Пикчу — древнему городу инков.  Идея пройти по ней пришла в голову Денису, как прекрасная альтернатива организованным туристическим турам. Зная, что за это им платят деньги, мы все равно не хотели пользоваться услугами шерпов. Но полноценным походом это тоже трудно назвать, потому, что шли мы налегке, практически без еды, без палатки и спальников. Такие путешествия давно уже практикуются беспокойным народом, но для нас это в новинку.

Визит в Мачу Пикчу должен был стать базовым путешествием, поэтому готовились серьезно. Прилетев в Куско, мы два дня привыкаем к разреженному горному воздуху, гуляя пешком по исторической части города.

Там, конечно, улицы  вверх и вниз, все, как мы любим, что должно было помочь на тропе.  Мы временно выезжаем из нашей гостиницы. Чемоданы с цивильной одеждой сданы на хранение. Лёгкие рюкзаки уложены.

Рано-рано утром мы садимся в микроавтобус, который привезет нас к точке выхода на тропу. Я думала, что удастся подремать, но не получилось. Очень скоро мы оказались на крутых виражах серпантинов. Начало мутить. Поскольку мы сидели на заднем сиденье, нас болтало больше, чем других. Денис пересел в центр и стал смотреть прямо, сказав, что это лучший способ от укачивания. Я спасалась мятной жвачкой и протираниями холодным конденсатом с окна. Не ругайте меня за это, тогда мне было очень  плохо. Когда мы остановились на  завтрак в одной из горных деревень, есть не хотелось вообще, кусок в горло не лез. А Денис, смотрю, оклемался и  налегает на фрукты. Позже мы решили, что это был самый трудный участок нашего пути.

Как хорошо было выйти из душной машины и надышаться чистым горным воздухом!

С нами на тропу выходит пара лет по тридцать пять.  Говорят по-английски и мы перебрасываемся с ними парой фраз. Мы идём в одном направлении и договариваемся увидеться позже в лагере.

Тропа сразу круто забирает вверх. В разреженном горном воздухе, сразу начинает болеть голова и слегка подташнивает. Может это последствия езды по горным дорогам, или горная болезнь даёт о себе знать. Мы идём по тропе, а гора Салкантай все время маячит где-то впереди, как бы подбадривая нас.

Тропа выровнялась и долгое время мы идём вдоль узкого канала с водой. Но пить ее нельзя. Мы предупреждены. В этих местах можно только бутилированную воду, потому что много домашнего скота, который может быть разносчиком заразы.

Часа через два с половиной мы достигаем туристического лагеря Сурайяпампа.  Здесь мы будем ночевать в маленькой деревянной кабинке с нормальной кроватью и прозрачной крышей.

А пока есть возможность отдохнуть, сидя в деревянном кресле и выпить чаю с листьями коки. Да-да, той самой. Вкус приятный, но так, чтобы мы  чрезмерно взбодрились — такого не было. 

Мы встретили там же тех самых ребят, что начинали с нами и наконец познакомились и даже разговорились за стаканчиком чая. Это Молли и Джеймс, они из Австралии, три года копили деньги на большое путешествие и теперь семь месяцев к ряду исследуют страны Латинской Америки.

В нашей культурной программе на этот день ещё посещение священного озера Хьюмантай. 

Нужно подняться совсем немного, но взятие новых высот даётся с трудом. Сюда привозят экскурсии из Куско на один день, поэтому к озеру ведёт народная тропа. Одна большая  партия экскурсантов уже спускается вниз. Они подбадривают нас, говорят на разных языках, что осталось немного. 

Озеро на фоне горы Салкантай было прекрасным. Нам посоветовали взобраться на холм близ озера.

И правда, вода, если смотреть с высоты, приобретала оттенки синего и бирюзового. К счастью, выглянуло солнце и тогда цвета заиграли ещё ярче. Белым языком отражался в озере ледник. Озеро священное, к воде приближаться нельзя. Здесь, как и на Гавайях, к священным местам приносят цветы. Букет желтых гладиолусов выглядел странно на фоне холодной воды.

И кто приносит? Не католики же, перуанцы? Кто эти язычники? Но на древней тропе инков, возможно, они где-то и сохранились. 

Мы возвращаемся в лагерь. Идти обратно гораздо легче. И только мы зашли в наш домик, как начался дождь. Вот повезло так повезло! Мы отдыхаем, растянувшись на кровати. К вечеру стремительно холодает, хорошо, что одеял не меньше четырёх. Ещё чуть позже нас кормят ужином. Тепло от ужина рассеивается моментально, когда я чищу зубы на улице холодной водой в густых вечерних сумерках при температуре около нуля. Скорей под четыре одеяла! Надо сделать ещё одно волевое усилие и надеть термопижаму. Через стеклянную крышу нашего домика видно, как наливаются лиловым сумраком острые зубцы Салкантая.

Под четырьмя одеялами тепло, но мёрзнут руки, потому что держат телефон. В телефоне книга, которую я читаю на сон грядущий. Но долго читать нельзя, потому что нет электричества и не хочется тратить заряд. А почему нет электричества? Потому что, как выяснилось, электричество в розетках от солнечных батарей. Нет солнца — нет тока. Хорошо, что лампочка питается из другого источника (вероятно, аккумуляторов). Эх, если б знать, зарядили бы телефоны ещё днём! Я откладываю телефон и закрываю глаза. Тепло четырех одеял навевает дрёму. Ещё неслыханно рано, часов семь вечера, но если учесть , что встали мы в 4:30 утра, а завтра вставать в пять, то, наверное, не так уж рано. Усталость первого дня даёт о себе знать и я засыпаю с мыслью о том, что в летней поездке при той же температуре воздуха мы прекрасно себя чувствовали в палатке, в спальнике. А тут четыре одеяла и не так, чтобы очень жарко.

Назад к содержанию

Рубрики
Путешествия

12-13 июля

12 июля

Фауна

Б-рр, как же  холодно здесь по утрам! Согревает теплая одежда, чашечка кофе и понимание того, что через пару часов будет опять по-летнему. Скорее выпить горячего кофе и ехать! Розовой ватой стелется туман по озеру Льюис. Снова расплывчатый силуэт рыбака в том же месте. Может он всегда тут?

 Осторожно переходит дорогу олень с мощными рогами. Мы притормаживаем на минуточку и ждём. Минут через десять дорога поворачивает к озеру Йеллоустоун.

Здесь тоже великолепные пейзажи. Теперь мы едем вдоль берега. Минуем без остановки в этот раз ближайшую к нам поляну гейзеров. Сквозь клубы пара просвечивает солнце. Очень красиво! Такое впечатление, будто это такое особенное место, где рождаются облака.

В косых лучах утреннего солнца все бликует: вода, мокрые скалы, роса на траве.

 Этим утром нам решительно везёт на встречи с животным миром. На озере мы видим, как плещутся пеликаны, далее встречается большое стадо  оленей вапити. Они крупные и неторопливые. Они привыкли к пристальному вниманию людей и к тому, что их здесь никто не тронет. Главное каждому, человеку и зверю, знать свои границы. В информационных буклетах пишут, что расстояние  между лосем и вами должно быть не менее длины двух автобусов, а если встретишь медведя, то расстояние должно увеличиться втрое.

Едем дальше — и вот вам ещё один подарок природы!

Около дороги мощной глыбой стоит бизон. Он огромен и невозмутим. Размеры зверя впечатляют.  Монолит! Колосс! Конечно,  мы останавливаемся на обочине и, не вылезая из машины, прямо из открытого окна фотографируем животное. 

Река и каньон

Сегодня  существенная часть времени посвящена реке Йеллоустоун. Про неё нельзя сказать просто“ широкая и величественная” или “ бурная и дикая”. Она приобретает своеобразный характер на разных участках русла.

  На очередной остановке с высокого крутого берега видно, как над широким разливом реки поднимаются испарения горячих источников. В этом месте вода спокойная, мирная. Но за следующим поворотом  берега сужаются и течение становится стремительным. И реку уже не узнать. Вот только десять минут назад она неспешно несла свои воды, как вдруг будто взбесилась, и брызжет пеной и сердится, с ревом врываясь в узкий каньон.

Это удивительно, насколько разнообразны рельефы национального парка Йеллоустоун! Кроме гейзеров и горячих источников, есть здесь и высокие горы, и высокогорные плато и множество холодных чистых озер. Здесь даже имеется свой Grand canyon. Вот к нему мы и приехали в то утро.

Поскольку поблизости не оказалось столиков, пришлось расположиться на больших плоских камнях около парковки и устроить там завтрак. 

Ясное солнечное утро обещает нам множество прекрасных пейзажей. Мы уходим по тропе, ведущей к озеру “Лента”. Отрезок, что пролегает по краю каньона, необыкновенно живописен. Хочется запечатлеть каждый выступ жёлтых скал, каждый изгиб реки внизу, в глубоком ущелье, каждое дерево, опасно наклонившееся над кручей каньона. Там, на дне ещё стелется утренний туман, но склоны его  уже освещены утренним солнцем.

Утром туристов ещё не так много и мы в одиночестве идём дальше по тропе. Комары только этого  и ждали. Оголодавшие на безлюдье, они набросились на нас из всех своих комариных сил. Сила одного комара невелика, но если они собираются целой армией, приходится сражаться с ними не на шутку. Не смотря ни на что мы одолели и эту тропу, добравшись до вытянутого, заросшего листьями озера. Наградой победителям стал большой белый гриб. 

Водопады 

Когда мы возвращаемся к парковке, становится уже достаточно жарко. Снимаем лишнее и едем к водопадам, что находятся на той же реке Йеллоустоун.

Нижний пошире и пониже, Верхний повыше и помощнее, каждый по-своему очень красив. Множество обзорных площадок позволяют нам увидеть это чудо природы с разных ракурсов. В одном месте по крутой, но нахоженой тропе можно даже спуститься почти на самое дно каньона близ водопада. В другом — можно прогуляться по тропе выше по течению, где рассыпано по середине реки множество маленьких скалистых островков с одним деревом на каждом.

На третьей и четвертой обзорной площадке можно увидеть водопад с самого края  живописной скалы. 

Mud volcano 

На обратном пути у Ондатрового ручья мы устраиваем обед. Эта зона отдыха — отличное место, чтобы сделать небольшой перерыв.  В зелёной долине, под сенью  развесистого дерева можно разложить на столике походную плиту и сварить суп. Нужно подкрепиться и набраться сил, чтобы заехать в ещё одно интересное место.   Минут через сорок пять  мы отправляемся в точку под названием Mud volcano (Вулкан грязи или Сердитый вулкан?) посмотреть как пульсируют под напором пара из недр земных  мутные лужи.

Это, на удивление, тоже весьма зрелищно! У подножия холма из расщелины пар вырывается с характерным сиплым звуком. Вода цвета разведённого  жидкого цемента колеблется и гонит мелкую волну.  Этот гейзер называется “ Рот дракона”.

Рядом  вздыхают и булькают  мутные  озерца чуть бОльшего  размера. Каждое мнит себя морем и выдаёт мощный прибой. Это большое движение малой воды сбивает с толку и  даже немного пугает. При этом здесь  гораздо сильнее, чем в других местах, пахнет сернистыми испарениями и надолго задерживаться не хочется. А вот бизону, лежащему неподалеку, видимо, все равно.

Он привык к запаху протухших яиц, а мы — нет.  Мир гейзеров, он такой разнообразный!

Вечер

Во второй половине дня, минуя Рыбачий мост(Fisherman bridge), мы решаем остановиться в туристическом поселке на берегу озера Йеллоустоун. Там находится маленький музей с чучелами животных, обитающих в парке. Минут за пятнадцать мы осматриваем все экспонаты и отправляемся на берег озера. Скорее скинуть сандалии, пойти босиком,  понежить усталые ноги в теплом песке!  К вечеру песок нагрелся, а озеро, как было холодным, таким и осталось. Тем не менее Денис решает, что надо непременно искупаться. Долго в этой ледяной воде не продержишься, но и трёх минут хватило, чтобы потом, как бы невзначай, можно было бросить:” Да, и в озере Йеллоустоун я тоже плавал.”

Мы так много повидали за этот день! Сказать, что устали — ничего не сказать.  Переполненные впечатлениями едем отдыхать  в кемпинг. Предвкушаем на ужин картошку с грибом.

Он  оказался крепким и выносливым: проездил с нами целый день и не испортился. Когда я разрезала его, он остался ядрено-белым внутри, без единой червоточины. Но даже половины гриба хватило сполна, чтобы наесться.  Куда же девать другую половину? Сохранить на завтра не имеет смысла. Зажарить? Уже не хочется делать ничего, только отдыхать. Тогда я  просто разрезала гриб на кусочки и разложила по окрестным пенькам.  Это была наша маленькая дань лесным божествам. Утром проверила — почти все было съедено местной живностью. Не одни мы любим грибы!

13 июля

Norris basin 

Утром мы сворачиваем наш лагерь. Это легко и быстро. Каждый знает, какие вещи он складывает. Я отвечаю за палатку и все, что было внутри нее, а Денис — за походную кухню. Я отвечаю за сбор мусора и чистоту на территории кемпинга, Денис укладывает крупногабаритные вещи в машину: кулер, походные кресла, рюкзак с палаткой, ковриками и спальниками.

По пути к очередной долине гейзеров мы заезжаем на водопад( Gibbon falls).

Оттого, что ещё только семь утра, он весь скрывается в тени. К сожалению,  нет времени ждать лучшего освещения; делаем несколько снимков и двигаемся дальше. 

Рано утром мы приезжаем в Norris basin — это ещё одна обширная территория с гейзерами.

Она делится на две неравных половины. Сначала мы идём к Фарфоровой поляне( Porcelain meadow). Как и в других похожих местах, здесь проложены деревянные дорожки. Эта поляна отличается от прочих тем, что  гейзеры и горячие источники носят мутноватый, молочно-белый оттенок.

Вода цвета опала изумительно контрастирует с зелёными ручьями, что широко разлились  по белёсой с коричневыми разводами , местами жёлтой и оранжевой земле. Просто праздник цвета и красок!

И надо всей этой пёстрой радостью исходят паром многочисленные гейзеры. Здесь заметно теплее и воздух так насыщен влагой, что нужно не забывать протирать линзу фотоаппарата. Иначе все  получается мутно, как в тумане. 

Когда мы идём на другую сторону поляны  по Черной тропе (Black trail), замечаем, что обширная парковка уже полностью занята. Машины стоят даже там, где висит предупреждение о том, что до этих мест могут долетать камни из извергающегося гейзера.

Да! Бывают и такие! Вероятно работники парка могут отслеживать их активность и вовремя закрывать опасные места, иначе не было бы такого наплыва туристов. Говорят, в былые времена один такой буйный гейзер люди наглухо забили камнями. Современные учёные считают это актом насилия над природой. С тех пор этот гейзер перестал представлять опасность. Но, кто знает, когда-нибудь может возникнуть эффект “ бутылки шампанского”, когда под давлением газов пробка может выстрелить с удвоенной силой.

Когда мы выезжаем с парковки, наше место немедленно занимают другие, жаждущие зрелищ. Хорошо, что мы приехали сюда с утра пораньше. 

Upper and lower terraces 

Последняя точка, которую мы хотели посетить в национальном парке Йеллоустоун — Верхние и нижние террасы.

Они представляют собой ступенчатые образования белого и желтовато-коричневых цветов. Это ещё один интересный пример многообразия ландшафтов парка. Тринадцатое июля был, наверное, самым жарким днём. К тому же, пришлось карабкаться вверх-вниз по многочисленным ступенькам, соединяющим различные уровни террас.

Мои силы стали стремительно испаряться вместе с пОтом. В довершение всего, нигде не было никакой тени.  И это оказались ещё цветочки.  Когда мы спустились с гор, стало ясно, что внизу гораздо жарче, термометр на здании банка показывал + 37.

Хороший способ купировать перегрев — выпить бутылку воды и съесть мороженое. Что мы и сделали немного позже. 

Парк Йеллоустоун оставил яркий след в нашей памяти. Мы много поездили и много повидали до него, нас уже  трудно чем-либо удивить. Но  гейзеры, это уникальное явление природы,  довелось увидеть впервые.  И мы, как дети, ходили и всему удивлялись. Сделали невероятное количество фотографий, которые, я уверена, мы будем пересматривать и не раз.

Перейти на главную страницу поездки.

Рубрики
Путешествия

19, 20 июля

Пасмурное утро

Надо ли говорить, что следующим утром мы опять встали рано? Так уж повелось, уже выработались некие традиции, которых мы придерживались все путешествие. Прогноз погоды не обещал  в этот раз ничего хорошего: дождь бОльшую часть дня. Но что же делать? Надо ехать.  Ведь завтра мы покидаем Glacier, а сегодня предстоит  снова пересечь перевал  Логан и достичь парка с другой стороны. Там тоже должны быть красивые тропы. 

Погода хмурится.

Между гор стелятся туманы и облака, что мрачновато, но тоже очень живописно. Обещанного дождя пока нет и по горной дороге “Идущей к солнцу” можно ехать в обычном темпе. Мы без труда пересекаем перевал, проезжаем мимо озера св. Марии, прибываем к воротам парка и получаем от ворот поворот. Видимо здесь те же правила: если успеешь въехать до семи — проезжай, если нет- должен заранее назначить время. 

В итоге мы нашли другие тропы. По одной из них оказалось идти как-то особенно грустно, потому что она проходила через горелый лес.

Вероятно, лет 10-15 назад эти места пострадали от  больших пожаров. Они уничтожили изрядную часть лесов по эту сторону гор. Когда мы поднялись выше, стало видно, как на многие километры вокруг торчат остовы мертвых деревьев.  Радовало лишь то, что вокруг них уже дружной кучкой толпились молодые сосенки, малинники и черничные поляны устилали выжженные ранее склоны.

И все же мы сошли с этой тропы и отправились к водопаду. К этому времени уже капал дождь, к счастью не очень сильный.  На той, ведущей к водопаду, узкой тропе, росли по обочинам высокие травы и этого было достаточно для того, чтобы промокнуть по пояс уже через пять минут. Ещё через некоторое время захлюпало в ботинках. Мы решили дойти до водопада, несмотря на погоду. В этих краях удивительное сочетание оттенков горных пород. Скальные выходы  темно- красных, бордовых и бурых цветов с неожиданно яркими, зеленовато-голубыми включениями. Удивительный контраст холодных и теплых тонов!

А водопад оказался симпатичным, хоть и невысоким, но бурным. Опять же, цвет.  Вода в этих местах отливает всеми оттенками зелёного. Даже в дождливый день она казалась яркой — изумрудная,  в пышных кружевах  белой пены.

На тот момент мы промокли, практически, с  головы до ног. Отрадно  было вернуться к машине, найти там сухие вещи, снять мокрые ботинки и надеть шлёпанцы. Можно подогнать теплый обдув и двигаться в обратную сторону. А ехать теперь надо более осторожно, потому что крутые виражи горной дороги влажно блестят от дождя, а перевал Логан вообще скрыт в облаках.

Дорога с перевала

Мы не торопимся, время от времени въезжая в густые туманы, при этом сбрасывая и без того невысокую скорость. Но иногда, вдруг, тучи расходятся и открывается кусок сумрачного пейзажа. Иногда видны далёкие горы, вершины которых существуют как бы сами по себе, потому что со всех сторон окружены тучами. Даже внизу, под нами, тучи.

Несмотря на плохую погоду, мы заезжаем на обратном пути в разные интересные места.

Вчера мы ехали по этой же дороге, но так устали, что останавливаться где-то ещё было бы тяжело и мы бы не получили большого удовольствия.  В одном красивом месте был, например, снежник, подмытый ручьем снизу и образующий низкий тоннель. Но проходить сквозь него нельзя, потому что тяжёлый, плотный снег может обрушиться в любой момент. За другим поворотом — длинная каменная стена, по которой стекает, как бы облизывая камень, небольшой, но широкий водопад. Он был так близко, что брызги летели прямо на дорогу. Красивое и опасное место! На многочисленные точки обзора мы не стали заезжать, потому что в тот пасмурный день видимость оставляла желать лучшего. Тем более накануне была прекрасная возможность увидеть столько живописных пейзажей, что вообще не имело смысла вылезать в дождь. А вот у тройной арки мы решили остановиться.

Она отчасти природная, отчасти рукотворная: тоннель для дороги проложили  в скале там, где уже была естественная арка. Рядом с одной из них стекал маленький ручей, образуя миниатюрный водопад. К счастью, на тот момент погода стала лучше и из проёма природной арки можно было увидеть прекрасный вид. Это удивительно! Сколько мы их повидали за поездку, в ведь не надоело!

Последняя тропа

Когда мы спустились вниз, появилась надежда, что погода все же наладится. Было решено пообедать дома, немного отдохнуть и ближе к вечеру сходить ещё куда-нибудь. Часам к четырем тучи рассеялись, солнце высушило травы и тропы и мы отправились ещё по одной. Здесь нам обещали лесное озеро и большую вероятность явления дикой фауны. Озеро оказалось маленьким и прелестным, в окружении высоких елей и с бобровой хаткой на дальнем берегу. Но вот  с фауной нам не особенно повезло, встретили только куропатку. 

Зато поведение ее было прямо-таки хрестоматийным, точь-в точь “по-Чарушину”. Увидев нас, она не улетела, а принялась тихонько квохтать. Сначала мы не поняли, почему птица не улетает, но, приглядевшись, заметили: один цыпленок под пеньком, один в ямке, один за сучком. Ещё один, самый отважный, а стоял на поваленном стволе и попискивал. Я сфотографировала его и сказала:

  • Непослушный! Делай, что велит тебе мать! Быстро прячься! 

И мы поскорее пошли дальше  по тропе, чтобы не нервировать куропатку, тем более, что дело идёт к закату, а нам ещё ехать полчаса  по тряской,  извилистой грунтовке.

Ну, вот, заканчивается наша жизнь в парке Glacier, надо собираться в обратный путь. Для таких испытанных путешественников, как мы, это дело двадцати минут. Ещё одна последняя ночь в нашем временном пристанище — и едем уже в сторону дома. 

20 июля

 Последнее утро в Glacier 

Итак, вещи собраны и уложены в машину. 

Ранним утром мы с сожалением покидаем национальный парк Glacier . Здесь так красиво! И даже холод утра и  вчерашний дождливый день не испортили общего впечатления. 

Кажется, что вчерашние облака не уплыли далеко, а залегли до поры во всех долинах и складках гор. Мы пробираемся в сизом тумане  в последний раз полюбоваться рассветом над горным озером.

 Величие и спокойствие. Избитые, но такие верные слова, которыми можно описать состояние природы в тот момент, когда поднимается солнце над горами. 

Уже перед самыми воротами при выезде из парка, мы видим из окна машины черного медведя, неспешно переходящего дорогу. Это хороший знак! Это сама природа Монтаны преподнесла нас прощальный подарок. Надо бы вернуться сюда, раз она так добра к нам…

Племя Черноногих

Ещё часа два мы едем по узким долинам между гор. Солнце поднимается выше и туман нехотя уползает в низины, к рекам и озёрам. Склоны становятся более пологими и через некоторое время мы снова оказываемся в прериях. Часам к девяти утра желудок  намекает на завтрак. На равнине, у подножия гор, мы решаем сделать первую остановку и поесть. Нашлось и подходящее место —  парк в индейской резервации Black foot. Рядом отстроен большой центр культурного наследия, но по случаю раннего времени и выходного дня он закрыт. Пока готовится завтрак я успеваю  посмотреть на  металлические фигуры неподалеку.

Оказывается это персонажи индейской легенды о сотворении мира. Знакомая история — скучающий Создатель развлекался на досуге, сотворил себе из грязи луну, солнце и звёзды, сотворил людей и животных. Всех поселил на Земле. Но люди( в который раз!) оказались коварными и недостойными. Тогда бог, осерчав, оставил их на Земле, а сам, в компании “звездных” унесся в горние выси. Перед этим он устроил потоп, чтобы таким образом ликвидировать результат неудачного проекта. На Земле остался мудрый старый Напи. Этот помощник бога и привел все в порядок. Он залез на высокую гору, с помощью веревки-радуги поймал облака, прекратил ливень и попросил животных достать со дна немного грязи, чтобы снова создать сушу. Обладая особыми качествами, животные могли принимать форму людей.

В отличие от предыдущих поколений, они были праведниками и начали новую жизнь на земле. Это были предки племени Черноногих.

Много времени утекло с тех пор. Праведники измельчали, иначе они не оставили в парке, где мы завтракали, столько мусора. И заправка показалась какой-то  неухоженной. Остались только легенды о былом величии.

Отголоски легенды

И опять мы целый день  рулим по Великим равнинам.   Погода, солнечная в начале пути, начинает портиться. Впереди пустынной и ровной, как стрела, дороги виден грозовой фронт. Нам даже пришлось изменить место следующей ночёвки, потому что не хотелось разбивать лагерь во время дождя. Было принято решение ехать дальше, тем более времени до заката ещё достаточно много. И мы отважно въезжаем в грозу. Порой льет так сильно, что приходится сбрасывать скорость до двадцати миль. Часа два мы  неспешно едем под дождём, и даже возникает мысль: “

Наверное Индейский бог в очередной раз решил наслать потоп, видно мало ему.”

Когда ближе к вечеру в на горизонте появляется радуга, опять возникает ощущение присутствия легенды.

Никак сам старик Напи протянул верёвку — радугу, чтобы разогнать тучи. Значит дождь скоро кончится.

Так оно и вышло. Когда мы прибыли в кемпинг инженерных войск армии США, неподалеку от плотины и форта Пек, там было тепло и сухо. Мы без особых проблем поставили палатку, сделали ужин и  даже успели прогуляться по берегу реки Миссури в розовый час заката.

Перейти на главную страницу поездки.